|
<<< Вернуться
"Культура" , № 6, 11 февраля 2005 г.
"Бубновый валет" - одно из самых поразительных художественных объединений 1910 - 1917 годов. Основатели этого движения, большие шутники, задиры и забияки Наталия Гончарова и Михаил Ларионов, очевидно, знали, что "бубновый валет" означает "обманщик", "плут", "проходимец". Правда, газетные репортеры в то время поименовали "Бубновый валет", наверное, более точно - "молодость и горячая кровь". Да, действительно, бубнововалетцы были молоды, талантливы, скандальны и готовы были ниспровергать все другие масти отечественного и мирового живописного искусства. И делали это энергично, азартно, страстно, подчас не жалея ни чужих, ни своих. Они были драчливы, амбициозны и самоуверенны.
Их верховным божеством при всех персональных различиях их стилистической, эстетической и жанровой позиций был цвет: его буйное, безудержное раздолье, яростная его самодостаточность, сочный, подчас затейливый и веселый живописный язык. Своими предтечами большинство из этих ниспровергателей считали Сезанна, Матисса, Гогена, Ван Гога, Дерена, ван Донгена, классиков постимпрессионизма. Но даже к своим прародителям бубнововалетцы относились достаточно снисходительно, даже свысока. По крайней мере, послушно им не следовали.
И еще одно феноменальное явление "Бубнового валета". Собравшись непреднамеренно, художники разных направлений, стилистических и иных пристрастий, они неожиданно сплотились, образовав цельное творческое объединение. Почти все они, каждый сам по себе, составили славу и гордость отечественного изобразительного искусства. Наталия Гончарова, Михаил Ларионов, Петр Кончаловский, Илья Машков, Аристарх Лентулов, Роберт Фальк, Василий Рождественский, Александр Куприн... Здесь никто друг на друга не влиял, никто друг друга не повторял. Если Наталия Гончарова и Михаил Ларионов уже через два года после возникновения "Бубнового валета" отказались от него и образовали противоборствующий "Ослиный хвост", то все остальные до конца дней своих преданно служили первоначальным эстетическим и нравственно-духовным заветам, принятым бубнововалетцами.
Бубновый валет" оказал огромное влияние на развитие отечественной живописи. Но если за последние 15 - 20 лет персональные и групповые выставки с участием этих мастеров неоднократно проходили в нашей стране, то восстановить всю выставку "Бубнового валета" в ее первоначальном виде как-то не удавалось. И вот наконец-то она была воссоздана в том легендарном первозданном облике и объеме. Но произошло это воскрешение не простым путем. В начале 2004 года Фонд культуры "Екатерина" в Монако устроил выставку "Между Сезанном и авангардом", где были представлены произведения в основном из частных коллекций. Вообще отношения между "Бубновым валетом" и авангардом форм очень размыты. Поэтому порой в рядах признанных бубнововалетцев неожиданно могут оказаться и Малевич, и Кандинский, и Попова, и Татлин, даже О.Розанова и более поздние их последователи. Мощь и масштаб "Бубнового валета" без всякого напряжения позволяют делать подчас диаметрально противоположные обобщения.
Затем выставка "Бубновый валет" в русском авангарде" состоялась в Санкт-Петербурге, в Русском музее. Здесь бубнововалетцы как бы составляют часть русского авангарда, что вполне правомерно и в то же время не бесспорно. Наконец, в Москве, в Третьяковской галерее, решили не мудрствовать в концептуальных изысках и назвали выставку просто - "Бубновый валет", представляя тем самым московский вариант объединения. И подчеркивая, что большинство его членов - московские живописцы, именно от них и пошла знаменитая московская школа живописи. И таких формальных и неформальных поворотов в показе "Бубнового валета" можно представить немало, и все они будут соответствовать художественной правде. С одним только "но", ибо со временем экспозиция будет наполняться все новым содержанием, соответствующим требованиям, вкусам и задачам современности. Ведь значение "Бубнового валета" в наше время во много раз существеннее, о чем ценители искусства тех лет не могли даже и подозревать. В нынешнем, третьем варианте показа "Бубнового валета" в Третьяковской галерее на Крымском Валу представлено более 160 произведений из фондов ГТГ, Русского музея, ГМИИ имени А.С.Пушкина и еще пятнадцати музеев России, Фонда культуры "Екатерина" и частных собраний. В основе построения экспозиции - тематический принцип. На одной выставочной площадке словно объединились в разных взаимосвязях несколько совершенно различных тематических выставок. Это, конечно, оправданно и правомерно, но для обычного посетителя, не знакомого детально с творчеством художников-бубнововалетцев, представляет определенную трудность.
Центральное место экспозиции отведено показу творчества лидеров объединения - Петра Кончаловского, Ильи Машкова, Аристарха Лентулова, Роберта Фалька. Картины, ими исполненные, относятся к 1910 - началу 1920-х годов. Тому же времени принадлежат произведения тех художников, для которых участие в "Бубновом валете" было лишь эпизодом - Наталии Гончаровой, Михаила Ларионова, Казимира Малевича, Владимира Татлина.
А открывается выставка демонстрацией портретов и автопортретов, подчас весьма знаменитых, олицетворяющих собой принципы живописного видения бубнововалетцев. В отдельную группу выделена так называемая "испанская серия" Петра Кончаловского. Здесь же экспонируются работы на испанскую тему Анри Матисса и Кеса ван Донгена, которые входят в число шести картин, переданных на выставку Государственным музеем изобразительных искусств имени А.С.Пушкина. Они напрямую указывают на предтечу живописного своеволия бубнововалетцев. Этот параллельный ряд русских и французских художников еще более определяет смысл и экспозиции и вводит "Бубновый валет" в контекст развития европейской живописи.
В группу картин, которую можно обозначить "От Гогена к Сезанну", с определенной условностью входят холсты Александра Куприна, Роберта Фалька и Василия Рождественского. Эти произведения представляют кульминационный, по мнению устроителей, раздел выставки "Восток - Запад". Может быть, потому, что в творчестве ряда бубнововалетцев в 1911 - 1913 годах произошли определенные стилистические и живописные изменения, когда яркий декоратизм, лубочная плоскостность, элементы примитивизма сменяются большей сдержанностью и обращением к проблемам чистой живописи.
Специальный раздел выставки посвящен Аристарху Лентулову, изменениям его живописного творчества, раскрытиям тех или иных влияний и взаимодействий. Выставка показывает увлечение "сезаннизмом" ряда русских художников. По существу, именно этот раздел мог бы стать центральным в экспозиции, настолько он богат и многозначен. Тем более что влияние "сезаннизма" не ограничилось в русском искусстве рамками одного объединения и одного временного отрезка. Здесь так и напрашиваются сравнения из сегодняшней художественной жизни. Но это уже совершенно иная тема.
В последнем зале представлены изображения обнаженной натуры. Это имеет особое, не просто творческое значение. Ведь в России до начала XX века в художественных учебных заведениях не практиковалась постановка женской обнаженной натуры. Именно бубнововалетцы были первыми, кто поставил этот жанр в центр живописного искусства и ввел почти в обязательном порядке в курс учебных заведений.
Выставка в Третьяковской галерее еще раз показывает, каких недосягаемых высот достигло наше изобразительное искусство Серебряного века. "Бубновый валет" до сих пор остается его манящей высотой, которой, нужно с горечью признать, нашему искусству почти за сто лет достичь не удалось.
Я не собираюсь сравнивать выставку "Бубнового валета" со столь шумно и амбициозно рекламируемой Первой Московской биеннале современного искусства. Как говорится, каждому - свое. Но одновременный показ этих двух выставок наглядно демонстрирует, кто есть кто. "Бубновый валет" и через сто лет с триумфом входит в нашу жизнь. Каждого входящего в залы ГТГ на Крымском Валу, даже не знакомого с историей "Бубнового валета", выставка, несомненно, поразит, приведет в восторг своей красотой, мощным, безудержным цветовым раздольем, первозданным образцом чистейшей прелести истинного искусства. Евграф КОНЧИН
|
|